суббота, 19 ноября 2016 г.

З. Санждорж: Сожалею, что пригласили Далай-ламу



Продолжается «неожиданный» визит Его св. Далай-ламы в Монголию. Тем временем вновь громко заявил о себе на специально собранной пресс-конференции столичный лама Санждорж (на фото). Вместе со своими единомышленниками он вновь высказал опасения в том, что вмешательство Далай-ламы в вопросы буддизма в Монголии негативно скажется на его будущем. Кто же такой этот Санждорж, и отчего в Монголии, вековой цитадели школы гелуг, стали возможны такие публичные заявления?

Зандангийн Санждорж родился в 1961 году в сомоне Сонгино Дзабханского аймака. В 1980 году, через год после окончания средней школы, в 21-летнем возрасте Санждорж поступил в Буддийский университет им. Занабазара при монастыре Гандантэгченлин. Бок о бок с ним, хотя и не на одном с ним курсе, в то же самое время постигали основы буддийской учёности такие ведущие впоследствии деятели российского буддизма, как 23-й Пандито-хамбо-лама Чойдорджи Будаев и его преемник на этом посту Дамба Аюшеев, нынешний глава БТСР. 

суббота, 12 ноября 2016 г.

Нойон-хутухта на допросе у Эрлик-хана



Нойон-хутухта III, чтобы облагодетельствовать верующих строительством храмов и монастырей, взял взаймы у одного богатого тангутского дельца очень большое количество денег. Обеспокоенный делец лично приехал к нему, чтобы вернуть деньги. Подготовив к прибытию дельца богатое угощение, Нойон-хутухта III сказал ему: «Верну вам ваши деньги на следующий раз, а прямо сейчас нет никакой возможности. На ваши деньги я заказал много товаров и материалов, и уже отправил их в Китай, нет их у меня, работа моя по строительству храмов и монастырей простаивает». Так он излагал ему различные причины, и смог убедить отправиться домой ни с чем. А делец этот, так и не дождавшись возвращения денег, потом скончался.

пятница, 11 ноября 2016 г.

Дацанский цанто

Одним из часто звучащих и практически не оспоримых аргументов в пользу того, почему ритуалы и молитвы, используемые в современном тибетском буддизме, нужно читать именно на тибетском языке, даже если не понимаешь смысла проговариваемого, является апелляция к тому, что на этом языке говорили великие наставники прошлого. Соответственно, уподобляясь им в чтении на их родном языке, обретаешь их особую благодать.

Как следует из сведений, которые приводит геше Ж. Ерулт во второй части своего сборника «Устная история монгольского буддизма» (Улан-Батор, 2012, с. 15), такой благодатью обладает не только язык, которым пользовались эти великие ламы, но даже сами их имена:

воскресенье, 6 ноября 2016 г.

Как Дархан-нойон с Бадаем повстречался

Вышел как-то Бадай на большую дорогу, наступил полдень, жара, притомился он и уселся на обочине. Развёл костерок, наполнил свой чёрный-пречёрный котелок водой и сидит, кипятит чай. Тут появился на дороге телохранитель какого-то нойона.
— Эй ты, жалкий побирушка! Сейчас по этой дороге проследует наш Дархан-нойон. А ну пошёл отсюда, да поскорее!
— Этот господин ваш в каком звании будет?
Разозлился телохранитель:
— Тебе-то какое дело? Титулом Дархан-нойона пожалован, если хочешь знать! Что тебе с того?
А Бадай ему:
— Если господин ваш, как ты говоришь, такой знатный искусник*, так может, ты, пока он досюда не доехал, уговоришь его подлатать мой старый чёрный котелок?

четверг, 25 августа 2016 г.

Каравай Ленина-багши


В 1930-е годы, в период активизации торговли между Монгольской народной республикой и СССР, в страну начали ввозить в том числе русский круглый хлеб и колбасу. Поступали они в первую очередь в столицу. В то время монастырь Гандан, находящийся в Улан-Баторе, ещё не был разгромлен, и местные ламы в шутку называли круглые булки, привозимые из России, «гэбшинскими караваями учителя Ленина» (Ленин багшийн гавжийн дугуй), а колбасу «мышцами девушки Рины» (Рина хүүхний булчин). Дело в том, что раньше в монастырях существовал обычай: когда лама защищал учёную степень гэбши (геше), он раздавал присутствующим на защите в качестве благодарственного подношения круглые хлебцы.

На иллюстрации — картина «Да будут вечны ленинские взгляды» живописца Г. Одона (1970), изображающая, как знаменитый монгольский художник начала ХХ века Марзан Шарав создаёт свой известный портрет Ленина.

суббота, 20 августа 2016 г.

– По-калмыцки, пожалуйста.



После победы Народной революции в Монголии в страну приехало немало «старших товарищей», которые занялись преобразованием монгольского быта на новый, революционный лад. Устраняя «феодальные» обычаи, сохраняющиеся в народной среде, советские наставники в том числе призывали монголов, и мужчин и женщин, коротко стричься. Дело в том, что монголы по традиции носили длинные волосы и косы – считалось, что прикосновение ножниц к собственным волосам само по себе неблагоприятно и нежелательно. И даже собравшись подстричься, нужно было справиться в дацане о том, каков подходящий для этого день согласно астрологическим расчётам. До сих пор в популярных астрологических календарях, которые выпускают в Монголии современные буддийские монастыри, обязательно указаны дни, благоприятные для стрижки.

Неудивительно поэтому, что призывы брить волосы поначалу не находили в народной среде никакого сочувствия, тем более среди женщин, для которых длинные волосы в богатом уборе были знаком социального статуса и достатка. Поэтому революционеры устраивали акции насильственного срезания кос и длинных волос – самое крупное мероприятие подобного рода имело место через полгода после вступления Сухэ-Батора в Ургу и под его непосредственным руководством. Так, через силу, в стране вводились «современные» обычаи.

Среди приезжающих в Монголию из СССР революционеров было значительное число калмыков. Все они, конечно, носили короткие волосы – причём у мужчин такая стрижка была распространена задолго до революционных событий, о чём они рассказывали своим собратьям-монголам. Так и вышло, что монголы начали называть вводимую в стране короткую стрижку «калмыцкой» (халимаг), и название это повсеместно используется по сей день. 

пятница, 19 августа 2016 г.

Горбоносый француз

Мерген Мошулдаев. Горбоносый француз (2010)

Самая известная калмыцкая песня, посвящённая событиям Отечественной войны 1812 года — это песня «Горбоносый француз» (Сөм хамрта парнцс), также известная как «Маштк бор». Сегодня она по праву считается народной, — тем более, что с начала XIX века текст её силами калмыцких исполнителей неоднократно переиначивался и дополнялся новыми куплетами, — однако автор первоначального варианта всё же известен. Это был Джиргал Ончхан (17771822/1825), сын разорившегося зайсанга Эркетинского улуса, который служил сотником в одном из калмыцких полков, принимавших участие в войне с Наполеоном. Он был известен не только как поэт-песенник, самостоятельно сочинявший музыку к своим произведениям, но и как автор целого ряда сатирических стихов, обращённых против калмыцкой знати.

Послушать «Горбоносого француза» можно, например, в исполнении современной калмыцкой певицы Джиргал Ильцарановой (отмечу, что этот вариант текста песни не вполне совпадает с тем, который я привожу тут). Также можно найти запись песни в более традиционной аранжировке — в исполнении заслуженной артистки Калмыкии и России Валентины Ильцарановой.

Deus ex mandala

Подношениие мандалы

Одной из целей религиозной политики Российской империи было обращение всех проживающих в ней иноверцев в православие. В равной степени это касалось и проживающих в ней монгольских народов — калмыков и бурят. В XVIII веке администрация, не желая возбуждать излишнего недовольства среди своих новоприобретённых подданных-буддистов, старалась не форсировать христианизацию. Однако во второй половине XIX века работа по обращению российских буддистов в православие, подкрепляемая искусственным административным сокращением числа буддийских храмов и штата духовенства при них, была развёрнута самым широким образом.

Однако, несмотря на самое широкое использование административного ресурса, православная церковь не смогла добиться значительных успехов ни среди калмыков, ни у бурят. Буддисты крестились крайне неохотно, часто — поддаваясь на полагавшиеся в этом случае льготы и подарки от государства, и даже крестившись — не порывали контактов с буддийскими ламами. Огромное число таких выкрестов, чуть только появилась возможность перейти обратно в буддизм, не подвергаясь наказанию, — а стало это возможно по указу 1905 года, — тут же сделало это, что знаменовало фактический провал миссионерской работы РПЦ в буддийских регионах.

понедельник, 20 июня 2016 г.

Опозорил фамилию

М. И. Дондуков-Корсаков
Есть в русском языке такое слово — дундук. Означает оно человека недалёкого и туповатого. В разговорную речь оно вошло благодаря известной эпиграмме Пушкина, посвящённой князю Михаилу Александровичу Дондукову-Корсакову и его стремительной карьере в министерстве народного просвещения.

В Академии наук
Заседает князь Дундук.
Говорят, не подобает
Дундуку такая честь.
Отчего ж он заседает?
Оттого, что жопа есть.

В этой эпиграмме отражены слухи о том, что будто бы в молодости будущий вице-президент Академии состоял в гомосексуальной связи с её будущим президентом, министром народного просвещения при Николае I Сергеем Уваровым. Получив эту почётную должность, Уваров назначил своим заместителем своего старого любовника — при том, что данными для такого назначения Дондуков-Корсаков отнюдь не обладал. Так и оказался он на острие пушкинского пера.

среда, 15 июня 2016 г.

Будамшу-Даа и поп

Главный специалист по христианизации
бурят в сер. XIX века — Иркутский
 епископ Нил

Дорогие друзья! Последнее время я был занят подготовкой цикла лекций по истории буддизма в России по просьбе ярославского буддийского центра «Сангье Чойлинг». 

Впервые город Ярославль обзавёлся своим собственным, как теперь принято говорить, резидентным буддийским ламой ещё в середине XIX века. Правда, ламой бывшим. Его привёз с собой в Ярославль епископ Нил (Исакович) из Забайкалья, перед тем обратив его в православие. Это обращение стало главной миссионерской удачей бывшего иркутского епископа. Новокрещёный бурят, в прошлом — монах-гелонг, Николай Доржеев помог Нилу Ярославскому в написании книги «Буддизм, рассматриваемый в отношении к последователям его, обитающим в Сибири». Эта книга, вышедшая в Петербурге в 1858 году, стала обобщением опыта, полученного епископом Нилом на поприще христианизации бурят-ламаистов.

По этому случаю публикую бурятскую сказку «Будамшуу даа поп хоёр», посвящённую как раз этой теме. Записал её А. И. Шадаев от Ш. Гунсынова в Селенгинском районе БурАССР, перевод — Е. В. Баранниковой.  


Как-то шел Будамшу-Даа по селению и услышал, что власти издали указ. Будамшу-Даа спросил:
— Что за указ вышел?
— Когда умирал бурят, мы хоронили его с бурятскими ламами, вещи и богатство умерших оставалось у бурят. Теперь после принятия нами русского подданства мы должны хоронить умерших с русскими ламами (попами).
Посмотрел Будамшу-Даа этот указ и говорит:
— Давайте одного человека похороним так, как велит указ. А после я постараюсь отменить такие похороны.
— Умный Будамшу-Даа правду говорит. Сумеет он отменить. Надо только немного подождать. Раз уж такова жизнь, что люди умирают и рождаются, то все равно кто-нибудь помрет. Того человека и похороним так, как велит указ, а потом, мы надеемся, его отменят, — говорит народ.
В это время в одном селении умер богатый человек. Будамшу велел выкопать яму в восемьдесят сажен и пошел к попу приглашать его. Когда сказали, что умер богатый человек, поп-богач согласился придти.
Раз умер богатый, думает, поп, много добра мне достанется.
Сородичи Будамшу вместе с другими людьми взяли труп умершего и пошли к той яме.
Когда поп с медным крестом в руках читал молитву над могилой, Будамшу-Даа подкрался к нему сзади и после того, как опустили труп в яму, столкнул туда же попа.