воскресенье, 29 ноября 2015 г.

Кармапа Микьо Дордже. Восхваление несравненного Цонкапы

Восьмой Кармапа
На следующей неделе, 5 декабря, или 25 числа 10 лунного месяца, будет отмечаться один из главных буддийских праздников самой распространённой и многочисленной школы тибетского буддизма — школы гелуг. В этот день празднуется годовщина паринирваны, то есть ухода из земной жизни, основателя этой школы и одного из самых знаменитых буддийских наставников Тибета — Дже Цонкапы. С этого события прошло уже 596 лет.

Небольшая хвалебная песня (bstod pa) Цонкапе, перевод которой я сегодня публикую, принадлежит перу ламы Микьо Дордже, Кармапы XVIII. Он был главой школы камцзан-кагью, более известной сегодня под названием карма-кагью. Жизнь его пришлась на первую половину XVI века, когда минуло уже столетие со смерти Цонкапы. Основанная им школа гелуг в ту пору только начинала крепнуть и распространяться, в то время как камцзан-кагью достигла самого пика своего влияния в Тибете. До начала политического противостояния этих двух школ оставалось ещё немало времени, поэтому Кармапа XVIII мог свободно выказывать своё почтение памяти Дже Цонкапы. Почтительно отзывался о нём и следующий, девятый Кармапа Вангчуг Дордже, а вот при десятом, Чойинг Дордже, монгольская про-гелугпинская интервенция привела к тому, что в центральном Тибете, в области Цзан, его школа была практически полностью уничтожена, а сам он вынужден был бежать из страны. К его возвращению камцзан-кагью не просто перестала быть доминирующей в Тибете, само её название перестало соответствовать действительности: школа «кагью Кама и Цзана» перестала быть таковой.


Во времена восьмого Кармапы, Микьо Дордже, роковой «монгольский фактор» тибетской истории XVII века только начинал складываться. Его современник, лама Сонам Гьяцо, признанный третьим перерождением первого настоятеля центрального гелугпинского монастыря Ганден, ещё не ездил в Монголию для получения от Алтан-хана монгольского титула «Далай-лама», «лама-океан», а его преемник, Далай-лама Ёнтен Гьяцо, не родился потомком этого хана. Поэтому Микьо Дордже с радостью пишет в этой песне о Цонкапе: «Чтобы людей и духов усмирить, распространил / своё учение ты в Кам, Монголию и Туркестан», называя его «усмирителем дикарей». При пятом Далай-ламе эти «дикари» придут в Тибет, чтобы ниспровергнуть власть приверженцев Кармапы Х, и обратить в школу гелуг множество его монастырей.

Справедливости ради стоит отметить, что последователи камцзан-кагью первыми обратятся за помощью к монголам. По приглашению цзанского Карма Тенкьонга в Тибет выйдет тумен кукунорских монголов под предводительством Цогто-тайджи, чтобы помочь своим тибетским союзникам полностью вытеснить гелугпинцев из страны. Но, согласно словам Кармапы Микьо Дорже, всякий враг учения Цонкапы «гнев ужасный Стражей Дхармы навлекает». Таким стражем Дхармы в середине XVII века явится хошоутский Гуши-хан, и разгромит всех противников Далай-ламы. Кармапе Х ничего не останется, как, вернувшись на родину после вынужденной эмиграции и явившись в 1675 году на аудиенцию к Далай-ламе в его новую столицу Лхасу, согласиться на сохранение послевоенного статус-кво.

Впрочем, это стихотворение Кармапы VIII, написанное до начала политических противоречий между карма-кагью и гелуг, тем сильнее демонстрирует, что между вероучениями этих школ нет непреодолимых противоречий. Его автор, несомненно, знал, что как в кагью, так и в гелуг сохранялись линии преемственности учений школы кадам, что источник высших наставлений обеих школ о махамудре — одинаков. Несомненно, Кармапа VIII знал и о том, что Цонкапа не только был в раннем детстве введён в буддизм его собственным предшественником, Кармапой IV, но и впоследствии учился у некоторых лам школы кагью.

Рефреном в песне Кармапы проходит строка о том, что он возносит своё обращение на гору Ганден. На первый взгляд, он имеет ввиду гору Дрогри, на которой Цонкапа основал свой монастырь Ганден, в котором после его кончины хранились его мощи. Но, скорее всего, он имеет ввиду не сам монастырь, а небеса Тушита — обитель будущего будды Майтреи, в честь которых он был назван (тибетское dga’ ldan — перевод санскритского «Тушита»). Согласно учению школы гелуг, именно там с момента своей земной смерти и пребывает Цонкапа.

«Восхваление несравненного Цонкапы»
mNyam med Tsong kha pa’i bstod pa

Во времена, когда едва ль не все в сей Северной стране
В противоречии со Дхармой жили,
Ты, заблужденьям не подвержен, вновь её сиять заставил.
Тебе, Цонкапа, воссылаю песню нá гору Ганден!

Когда ученья школ сакья, кагью, кадам,
Ньингмá в Тибете были ввергнуты в упадок,
Ты, о Цонкапа, возродил Ученье Будды.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Манджушри, бодхисаттва мудрости, открыл тебе
Особые о мысли Нагарджуны наставленья.
Ученья о Срединности держатель, о Цонкапа,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

«Ум с формой не пусты от собственной природы,
Однако же пусты от подлинного существования ума и формы».
Ты, о Цонкапа, возглавляешь наставляющих о пустоте в Тибете.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Всего за несколько коротких лет наполнил ты
От Индии и до Китая земли
Шафрановых одежд носителями несравненными.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Те, что последовали за тобой,
И что взирают на тебя и на твои учения,
Не знают разочарованья и обмана.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Ученики, что по твоим стопам идут,
Великого Пути вдыхают свежий воздух.
За благо мира жизнь свою отдать не жаль им.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Кто бы ни вздумал очернять твои ученья,
Тот гнев ужасный Стражей Дхармы навлекает.
Цонкапа, обладатель силы истины,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Ты лично и во снах приходишь к тем,
Кто раз хотя бы твой увидел образ.
О взором сострадательным взирающий Цонкапа,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Чтобы людей и духов усмирить, распространил
Своё учение ты в Кам, Монголию и Туркестан.
О усмиритель дикарей Цонкапа,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

У тех, кто груб и от Пути далёк, ты разгоняешь
Ум омрачающие тучи, зло, дурную карму.
О продвиженье скорое дарующий Цонкапа,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Те, что чистосердечно приняли Прибежище в тебе,
Пускай бы даже жизнь была их совершенно безнадежна,
Сбываются все их желанья, о Цонкапа.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Разоблачая лжеученья, что перечат
Путям великолепным, о которых Будда подлинно поведал,
Ты прочно утвердил ученье ясное своё.
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Являя высшие аскезу с дисциплиной,
Твой образ жизни был благоуханен, несравненен.
Цонкапа, полностью себя смиривший, радовавший будд,
Тебе я воссылаю песню нá гору Ганден!

Пускай же силами сынов, что берегут твоё преемство,
И силою того, что с верой я вознёс тебе хвалу,
И дальше пробуждённые деянья Будды Шакьямуни
Вершатся на земле из века в век!

Колофон

Однажды, когда Гьялва Микьо Дордже путешествовал по перевалу Чарида, ему на ум пришли мысли о несравненном Цонкапе. Глубокая вера сподвигла его на составление этого стихотворения.

Текст стихотворения приведён по источнику: Тhe Life and Teachings of Tsong Khapa / Edited by Robert A. F. Thurman. Revised edition. — Dharamsala. Library of Tibetan Works and Archives, 2006. — pp. 271-273.


См. также:

История карма-кагью в Монголии
Очерк об истории школы карма-кагью в Монголии с XVII века по наши дни

Комментариев нет:

Отправить комментарий