Подношение Махакале Бернагчену

Очередное видео, посвящённое эквиритмическим переводам тибетских ритуальных текстов. В этот раз — текст подношения Махакале Бернагчену, написанный Кармапой VIII. Не мог не сделать при этом небольшой экскурс в историю практики Бернаг-Махакалы в Монголии.

Карма-кагью в Монголии

Афиша улан-баторской 

лекции
Александра Койбагарова

11 октября 2016 года в Улан-Баторе прочёл лекцию о буддизме школы карма-кагью глава Российской ассоциации буддистов традиции карма-кагью Александр Койбагаров. Событие в некотором смысле историческое — мне, по крайней мере, неизвестно, чтобы россияне когда-либо приглашались в Монголию в качестве буддийских наставников — пусть даже в таком, сравнительно скромном, статусе светского лектора. Лекция, озаглавленная «Буддизм Алмазной колесницы: от хана Хубилая до наших дней», состоялась в конференц-зале Монгольской академии наук, который находится в здании Центрального дома культуры — то есть в самом центре монгольской столицы.

Во время лекции Койбагаров упомянул о старинных корнях традиции карма-кагью в Монголии. Действительно, широко известны истории о том, как в имперский период монгольские ханы приглашали к себе тибетских иерархов из этой школы, удостаивая их самых высоких постов. Так, например, второй Кармапа, Чокьи Дзинпа, успел побыть наставником императора Хубилая и хана Мункэ, даже и вошёл в тибетскую историографию под монгольским титулом — Карма-багши, то есть «учитель из [школы] карма». Четвёртый Кармапа, Ролпей Дордже, был личным учителем императора Тогон-Тэмура и носил титул государственного наставника империи Юань. Хорошо известны и контакты с духовенством карма-кагью последнего монгольского хана Лигдэна, проигравшего в военно-политическом противостоянии с маньчжурами, которые благоволили школе гелуг. 

Цорджи-лама Диваасамбуу — патриарх карма-кагью в Монголии

 Возрождать традицию карма-кагью в Монголии в 1990-х годах выпало Гаржидийну Диваасамбуу, цорджи-ламе Гандана. Он родился в 1927 году в сомоне Ургэн Западно-Хучидского хошуна — в наши дни сомон носит имя Эрдэнэцагаан и относится к Сухэ-Баторскому аймаку. Население этого хошуна со времён Богдо Занабазара придерживалось традиции карма-кагью, и выходцы из него не раз по приглашению ургинских властей приезжали в столицу затем, чтобы поспособствовать сохранению в стране учений этой традиции.

Диваасамбуу был первым сыном Далай-Гаржида из рода Модчин, крепостного у местного князя Багсам-тайджи. В возрасте шести лет отец отдал его в ученики к ламе-шаброну из хучидского Хамбын-сумэ, у которого он выучился тибетской грамоте. В возрасте 8 лет юный хуварак принял обеты мирянина, в 11 лет поступил на учёбу в манба-дацан, а в 14 переехал через границу во Внутреннею Монголию, в Ая-Зандан Бандид-гэгээний-хийд в Абага-бейсинском хошуне на Шилин-голе, где принялся изучать чойру. 

Д. Тайвансайхан: Сегодня в ламское одеяние рядятся и пьяницы, и сумасшедшие

Диваасамбуугийн Тайвансайхан

Монголия давно считается оплотом буддизма школы гелуг, называемой в народе «жёлтой верой». Однако в истории страны поучаствовали все крупнейшие школы тибетского буддизма. Одной из них, относимой к «красной вере», является школа карма-кагью, впервые появившаяся в монгольской столице ещё в имперский период. Сегодня в Улан-Баторе существует один карма-кагьюпинский монастырь — Уржин-Пэрэнлэйн-хийд. Им руководит сын старейшего монгольского кагьюпинского ламы Диваасамбу — геше Тайвансайхан, который несколько лет назад прославился в Монголии в качестве личного наставника Стивена Сигала, ставшего в последнее время одним из видных деятелей буддизма на Западе. У Тайвансайхана и взято приведённое ниже интервью.

— Говорят, что хотя буддийских храмов и много, но общественно-полезных, благотворительных дел они не делают. Что по этому поводу скажете?

— Есть обществу польза, но бывают и недоразумения. Наш монастырь Гандан в социалистический период каждый год жертвовал в Фонд детства по миллиону тугриков. Помимо этого, ламы предпринимали специальные поездки, собирали металлолом, сдавали его, и эти деньги тоже отдавали. В 1970 году мне было пять лет, и я тоже тогда участвовал в поездках по сбору лома. Но было это не напоказ, вот общество и не замечало, и сегодня так же.

— Обычно ведь люди говорят только о вещах, которые бросаются в глаза, в этом дело?

— Верно. Люди видят: кто-то кому-то что-то дал, кто-то у кого-то взял, и потом об этом только и рассказывают. Ну хорошо, а куда делось такое великое дело, как душевное даяние? Даяние бывает трёх видов: даяние учения, душевное и вещественное. А люди обычно замечают только то, что связано с имуществом, вот в чём дело.

Кармапа Микьо Дордже. Восхваление несравненного Цонкапы

Восьмой Кармапа

На следующей неделе, 5 декабря, или 25 числа 10 лунного месяца, будет отмечаться один из главных буддийских праздников самой распространённой и многочисленной школы тибетского буддизма — школы гелуг. В этот день празднуется годовщина паринирваны, то есть ухода из земной жизни, основателя этой школы и одного из самых знаменитых буддийских наставников Тибета — Дже Цонкапы. С этого события прошло уже 596 лет.

Небольшая хвалебная песня (bstod pa) Цонкапе, перевод которой я сегодня публикую, принадлежит перу ламы Микьо Дордже, Кармапы XVIII. Он был главой школы камцзан-кагью, более известной сегодня под названием карма-кагью. Жизнь его пришлась на первую половину XVI века, когда минуло уже столетие со смерти Цонкапы. Основанная им школа гелуг в ту пору только начинала крепнуть и распространяться, в то время как камцзан-кагью достигла самого пика своего влияния в Тибете. До начала политического противостояния этих двух школ оставалось ещё немало времени, поэтому Кармапа XVIII мог свободно выказывать своё почтение памяти Дже Цонкапы. Почтительно отзывался о нём и следующий, девятый Кармапа Вангчуг Дордже, а вот при десятом, Чойинг Дордже, монгольская про-гелугпинская интервенция привела к тому, что в центральном Тибете, в области Цзан, его школа была практически полностью уничтожена, а сам он вынужден был бежать из страны. К его возвращению камцзан-кагью не просто перестала быть доминирующей в Тибете, само её название перестало соответствовать действительности: школа «кагью Кама и Цзана» перестала быть таковой.